Сибмама - о семье, беременности и детях

[Шило Остап]

КАК ПИШУТ «МЭТРЫ».
В руках у меня книга А. Кирилина – «Чужая игра», Барнаул 1987 год. Рецензент член СП СССР А. Плетнёв. Редактор член СП СССР А. Родионов. Тираж 15 000 экз.
В книге три повести – На белом коне; Салон красоты; Чужая игра, и три рассказа.
Почему я взялся её читать? Современная литература, к сожалению, мне не интересна - бульварная, ни уму, ни сердцу, а потому я люблю читать произведения «застойных времён». Они добрые, светлые и написаны грамотно – ведь тогда были настоящие редакторы, корректоры, и сильна цензура! И ещё потому, что фамилия Кирилин, была на слуху, некоторые люди говорят о нём, как о «мэтре». Вот я и решил убедиться – а не дутый ли авторитет автора? Но, прошу прощения, отвлёкся.
И так о книге А. Кирилина: говорить о достоинствах книги не буду, т.к. их практически нет. А отдельные крупицы, которые можно бы считать плюсами произведения, из-за неумелости автора обращаться со словами, незнания их толкования, незнания выбранной темы, к концу повести сводятся на нет!
Читать я начал с повести «Чужая игра» т.к. сам прошел и через хоккейную коробку двора, и через футбольное поле. И с первых же страниц меня постигло разочарование. Герой повести, школьник Фомин – двоечник, но в хоккее дворовый ас! Прекрасно. Однажды в школе он швыряет портфель в товарища и случайно попадает им в учительницу химии. Отец его за это лупит офицерским ремнём. На первый взгляд вроде бы всё нормально. Но это на первый. Давайте заглянем поглубже:
Парню лет 15 – 16 и он спортсмен – разве такого отец сможет отодрать? Кто-нибудь скажет – запросто! Если отец здоровый, то я соглашусь. А мы-то на следующей странице узнаём, что отец у Фомина больной, калека! Правая часть его тела почти парализованная! В руку взять ничего не может, ложка и та валится, нога подволакивается. Как такой «пол-Семёна» смог совладать с 15 – 16-летним спортсменом? Видимо автор на второй раз своё произведение не вычитывал, или писал, думая о чём-то другом. А с редактора, какой спрос? Он поэт – для него проза, как для баяниста мандолина. А рецензент куда смотрел? Вот этого я не знаю.
Далее: на странице 147 автор пишет: «Стоппер – это защитник, хавбек – полусредний». Караул! Господин писатель вы мне напоминаете героев фильма «Кавказская пленница». Они не знали, что такое «Волюнтаризм», но это же комедия, а вы пишите серьёзную повесть. Если вам самому лень заглянуть в словарь, то я растолкую: хавбек – это полузащитник, а полусредний – инсайд. Загляните в словарь, прежде чем писать.
Далее: стр.151 «Кличка Бэтси уже не такая невинная, её обладатель – мужчина сорока пяти лет,..». А что, если бы ему было лет двадцать, то она была бы «винной»? Вы знаете, до какого возраста клички «винные», а после какого нет? Поделитесь, пожалуйста. И потом, клички у животных, а у людей прозвища. Вы или этого не знаете, или путаете прямую речь с авторской. Что допустимо в первой, не всё допускается во второй.
Следующее: стр. 152 – тренер говорит ученикам, что коллективная игра это ерунда! Вот это ничего себе, загнул автор устами тренера! Далее, до конца главы, автор вывалил такой набор слов, что я и с пятого раза не смог понять, что он там хотел сказать?
«Увы, неясному взору юного Фомина предстала одна из тех разрозненных личностей, кому не дано понимать самих себя» - стр. 153. Эта фраза о тренере?! Какой же спорткомитет взял такого тренера для детей? И потом, если у Фомина неясный взор, то как же он может что-то и кого-то понять? Это только одно, а вы прочтите всё окончание главы, и вашему взору предстанет что-нибудь покруче, чем из современного «блок-бастера».
Далее: стр.162 – «Пришли муж, жена и дочь Галя, миниатюрная желтоглазка с милой домашней улыбкой и высокой грудью». Из этого следует, что есть улыбки уличные, магазинные, стадионные и т.д. А кто-нибудь видел человека с жёлтыми глазами? Я видел, но это люди в период болезни гепатитом. По поводу миниатюрная – миниатюрным можно назвать человека, у которого всё – ушки, ручки, ножки, попка, грудка, всё небольшое, аккуратненькое. Вот тогда он миниатюрный, а когда высокая грудь, это уже не миниатюрный. Вы, как писатель, властелин слова, это должны знать. Если иметь фантазию, и представить: высокая грудь, жёлтые глаза, и улыбка…домашняя… М?.. Бр-р-р-р! Жуть берёт.
Далее: стр. 166 – Отец у Фомина, как мы знаем, парализованный на правую сторону тела, и не нужно быть медиком, чтобы знать – с годами болезнь усугубляется, выматывает из человека силы и остатки здоровья. А у Кирилина по прошествии десяти лет,: «Отец суетился больше всех, следил, чтобы тарелки не пустовали, бегал смотреть, готово ли горячее, подносил чистую посуду». Как? У него ложка-то из рук валится, правая нога волоком, а вы, господин писатель, заставляете его бегать, подносить. Поимейте совесть, не издевайтесь над больным человеком, да и меня, читателя, тюрей-то зачем пичкаете? Или, говоря современным языком, за лоха держите? Ошибаетесь, вы сами больше на него похожи.
Одним словом, разочаровался я в книге и авторе. Хотелось отдохнуть душой, да не получилось, не ту книгу взял. Другие повести не стал читать, попробовал рассказы, но и там такая же безграмотность. Приведу несколько примеров:
Рассказ «Сиреневый палисад».
Стр. 172 - «… уложенным ребром голыш заставит переместить всю тяжесть тела на одну ногу, а другой с едко вмороженной в стопу болью лихорадочно нащупывать опору». Кто-нибудь понял это предложение? Мысли-то, вроде бы, у автора есть, а вот уменья выразить их на бумаге нет.
Стр. 173 - «… шила гондолы для надувного плота ...». У слова - гондола - три толкования – экзотическое, историко-авиационное, и железнодорожное. По тексту подходит экзотическое – это одновёсельная длинная венецианская лодка с поднятыми вверх фигурными носом и кормой. Но тогда возникает вопрос – зачем надувному плоту гондолы? Во-вторых - сшить гондолы, нужен опыт, ой, какой опыт! А у автора, женщина бальзаковского возраста берётся за это впервой и шьёт их, так играючи. Но дальше, ещё интереснее: стр. 175 - «Сергей выложил из рюкзака гондолы, резиновые камеры, чтоб не таскать лишнее». Замете: гондолы и камеры во множественном числе! По смыслу мы понимаем, что в рюкзаке осталось что-то ещё, раз выложил лишнее. Так? Это какой же у него рюкзак по объёму? Такой фокус, я думаю, даже Эмилю Кио не под силу. Видимо Кирилин «круче» Кио!
Стр. 174 – «Низкая тесовая крыша, замшелая, кое-где недавно совсем подновлённая…». Вчитайтесь и вы поймёте, как писатель владеет русским языком! Как сказал бы О. Бендер: - Не надо оваций!
Стр. 175 – «Руки у работяг всегда старше их самих». Боже мой! Какая детская беспомощность! Возьму на себя смелость, и сделаю редакторскую правку, и пусть читатель увидит, у кого лучше: «У рабочих кисти рук, выглядят всегда старше их самих». Ну, что, у кого литературно грамотней сказано?
Думаю, достаточно утомлять читателя ошибками литературного «мэтра». Кстати, а ведь г.Кирилин лауреат нескольких краевых литературных премий. За что? За бесценный вклад в Российскую словесность?
PS: видимо г.Кирилин использовал имя известного писателя А. Плетнёва без его ведома, для солидности и веса своего «кирпичика». Почему я так думаю? Да потому, что А. Плетнёв НИКОГДА бы таких «блох» не пропустил, а не читая произведения, не позволил бы использовать своего имени.

Остап Шило