Сибмама - о семье, беременности и детях

[Alissalut]

[Sestra Karlotta]

Сквозь ночь

Скрытый текст: Показать Посчастливилось плыть по Оке, Оке На речном пароходе сквозь ночь, сквозь ночь, И, представь себе, пели по всей реке Соловьи, как в любимых стихах точь-в точь. Я не знал, что такое возможно, мне — Представлялся фантазией до тех пор, Поэтическим вымыслом, не вполне Адэкватным реальности, птичий хор. До тех пор, но, наверное, с той поры, Испытав потрясенье, поверил я, Что иные, загробные, есть миры, Что иные, загробные, есть края. И, сказать ли, еще из густых кустов Ивняка, окаймлявших речной песок, Долетали до слуха обрывки слов, Женский смех, приглушенный мужской басок. То есть голос мужской был, как мрак, басист, И таинственней был женский смех, чем днем, И, по здешнему счастью специалист, Лучше ангелов я разбирался в нем. А какой это был, я не помню, год, И кого я в разлуке хотел забыть? Назывался ли как-нибудь пароход, «Композитором Скрябиным», может быть? И на палубе, верно, была скамья, И попутчики были — не помню их, Только путь этот странный от соловья К соловью и сверканье зарниц ночных! Скрыть

Пойдём же вдоль Мойки, вдоль Мойки...

Скрытый текст: Показать Пойдём же вдоль Мойки, вдоль Мойки, У стриженых лип на виду, Глотая туманный и стойкий Бензинный угар на ходу, Меж Марсовым полем и садом Михайловским, мимо былых Конюшен, широким обхватом Державших лошадок лихих. Пойдём же! Чем больше названий, Тем стих достоверней звучит, На нём от решеток и зданий Тень так безупречно лежит. С тыняновской точной подсказкой Пойдём же вдоль стен и колонн, С лексической яркой окраской От собственных этих имён. Пойдём по дуге, по изгибу, Где плоская, в пятнах, волна То тучу качает, как рыбу, То с вазами дом Фомина, Пойдём мимо пушкинских окон, Музейных подобранных штор, Минуем Капеллы широкой Овальный, с афишами, двор. Вчерашние лезут билеты Из урн и подвальных щелей. Пойдём, как по берегу Леты, Вдоль окон пойдём и дверей, Вдоль здания Главного штаба, Его закулисной стены, Похожей на жёлтого краба С клешнёй непомерной длины. Потом через Невский, с разбегу, Всё прямо, не глядя назад, Пойдём, заглядевшись на реку И Строганов яркий фасад, Пойдём, словно кто-то однажды Уехал иль вывезен был И умер от горя и жажды Без этих колонн и перил. И дальше, по левую руку Узнав Воспитательный дом, Где мы проходили науку, Вдоль чёрной ограды пойдём, И, плавясь на шпиле от солнца, Пускай в раздвижных небесах Корабль одинокий несётся, Несётся на всех парусах. Как ветром нас тянет и тянет. Длинноты в стихах не любя, Ты шепчешь: читатель устанет! — Не бойся, не больше тебя! Он, ветер вдыхая холодный, Не скажет тебе, может быть. Где счастье прогулки свободной Ему помогли полюбить. Пойдём же по самому краю Тоски, у зелёной воды, Пойдём же по аду и раю, Где нет между ними черты, Где памяти тянется свиток, Развёрнутый в виде домов, И столько блаженства и пыток, Двузначных больших номеров. Дом Связи — как будто коробка И рядом ещё коробок. И дом, где на лестнице робко Я дёргал висячий звонок. И дом, где однажды до часу В квартире чужой танцевал. И дом, где я не был ни разу, А кажется, жил и бывал. Ну что же? Юсуповский жёлтый Остался не назван дворец, Да словно резинкой подтёртый Голландии Новой багрец. Любимая! Сколько упорства, Обид и зачёркнутых строк, Отчаянья, противоборства И гребли, волнам поперёк! Твою ненаглядную руку Так крепко сжимая в своей, Я всё отодвинуть разлуку Пытаюсь, но помню о ней… И может быть, это сверканье Листвы, и дворцов, и реки Возможно лишь в силу страданья И счастья, ему вопреки! Скрыть

Куст

Скрытый текст: Показать Евангелие от куста жасминового, Дыша дождем и в сумраке белея, Среди аллей и звона комариного Не меньше говорит, чем от Матфея. Так бел и мокр, так эти грозди светятся, Так лепестки летят с дичка задетого. Ты слеп и глух, когда тебе свидетельства Чудес нужны еще, помимо этого. Ты слеп и глух, и ищешь виноватого, И сам готов кого-нибудь обидеть. Но куст тебя заденет, бесноватого, И ты начнешь и говорить, и видеть. Скрыть

[Fanny Kapl@n]

У меня А.Кушнер четко ассоциируется с песней Вероники Долиной "Недопесни" Ее в детстве моем слушала мама на пластинке, и мне она тоже очень нравилась, Оставлю ее здесь, хоть не стихи А. Кушнера, а стихи о А. Кушнере
Недопесни

Скрытый текст: Показать Александр Семёнович Кушнер Я знаю, меня осуждает За то, что я в одном выступленьи Сказала, всю грусть не тая, Что, мол, многим стихам на свете Музыки не хватает, И потому они — недопесни, Недопесни, сказала я. Александр Семёнович Кушнер С моими друзьями дружит, Он надписывает им книги: «Дорогому поэту N», А меня он не замечает, А со мной он дружить не хочет, Да, по-моему, он и не видит, И не слышит меня совсем. И стоит он на Невском бреге Неприступный такой и прекрасный И поглядывает сурово Сверху вниз на мою Москву. И не видит он в полумраке Как через Клин, через Бологое Как по морю по окияну Я барахтаюсь, но плыву. Доплыву, обсушусь, согреюсь, Тёплый пар от меня повалит Влажным воздухом над заливом Моя песенка полетит. Александр Сергеевич Пушкин Может быть, меня и похвалит, А Александр Семёнович Кушнер Может быть, меня и простит… Скрыть

_________________

[Eugene 17]

Когда я была маленькой, по телеку показывали передачу "Вокруг смеха". Правда я ее особо не смотрела, но запомнила ведущего - сухой, вытянутый дяденька с усиками, что-то невозмутимо говорил, и все хохотали, интеллигентно так. И чего они смеялись? Непонятно.


Теперь мы знатоки поэзии 20 века, нам и карты в руки.
Сдает поэт-пародист

Александр Александрович Иванов

Читаем до 23 сентября

Добавлено спустя 2 минуты 17 секунд:

Почти Асадов

Они студентами были...

Скрытый текст: Показать Они студентами были они друг друга любили И очень счастливы были в своем коммунальном раю, Вместе ходили в булочную, вместе посуду мыли, И все знакомые радовались на крепкую их семью. Но вот однажды, вернувшись домой в половине шестого, С набором конфет шоколадных, красивым и дорогим, Подругу свою застал он играющей в подкидного, Представьте себе, в подкидного играющую с другим! — Любимый,—она сказала, и влажно блеснули зубы, — Я еще поиграю, а ты пойди постирай. Он побледнел, как наволочка, сжал посиневшие губы И, глядя куда-то в сторону, глухо сказал: «Играй!» И больше ни слова. Ни слова! Ни всхлипа, ни стона, ни вздоха. И тут ее как ударило: да ведь случилась беда! Все было просто прекрасно и сразу стало так плохо! Обул он белые тапочки и ушел навсегда. Мещане, конечно, скажут: подумаешь, дело какое! Да разве за это можно жену молодую бросать? ...Сейчас он лежит в больнице, лечится от запоя, А чем она занимается, мне даже стыдно писать... Скрыть

_________________
****

[Alissalut]

Он может, но…

Скрытый текст: Показать Он может, но… (Николай ДОРИЗО) Нет, жив Дантес, Он жив опасно. Жив вплоть до нынешнего дня. Ежеминутно, ежечасно Он может выстрелить в меня. ___ Санкт-Петербург взволнован очень. Разгул царизма. Мрак и тлен. Печален, хмур и озабочен Барон Луи де Геккерен. Он молвит сыну осторожно: — Зачем нам Пушкин? Видит Бог, Стреляться с кем угодно можно, Ты в Доризо стрельни, сынок! — С улыбкой грустной бесконечно Дантес взирает на него. — Могу и в Доризо, конечно, Какая разница, в кого… — Но вдруг лицо его скривилось И прошептал он как во сне: — Но кто тогда, скажи на милость, Хоть словом вспомнит обо мне?!. Скрыть

Я помню "Вокруг смеха". И Александра Иванова. Прелесть, что за эпиграммы. Вот эта - одна из моих любимых. До сих пор помню.

Добавлено спустя 3 минуты 18 секунд:

Вопрос без ответа

Скрытый текст: Показать Вопрос без ответа (Евгений ЕВТУШЕНКО) Лучше сгнить в яме смерти, зато непритворной, чем прожить в позолоченной яме придворной. Все несчастья поэта — лишь к счастью поэта. Если в яму столкнут, не вершина ли это? ___ Год за годом меня подозрение гложет: у поэта судьба быть счастливой не может… Понял я, в комфортабельной сидя машине: если в яме гниешь — значит, ты на вершине! Почему ж я не гол, не гоним, не увечен, почему так трагически всем обеспечен? Почему я не в яме, не в смрадной темнице, почему же я снова в английской столице? Почему я, как зверь, не в железном вольере, почему ж я опять на французской Ривьере? Нет чтоб с шапкою рваной стоять побираться. мне приходится вновь на Кавказ собираться. Ведь и дача моя, под Сухуми бунгало, на застенок сырой не похожа нимало… Значит, что-то не так, в чем-то я заблуждаюсь, если жизнью доволен, собой наслаждаюсь… Где ж та яма, в которой мне гнить полагалось, разве что-то чего-то во мне испугалось?.. Горблю спину я над золоченым корытом. Почему?! Но вопрос остается открытым. Скрыть

Добавлено спустя 3 минуты 22 секунды:

Разговор

Скрытый текст: Показать Разговор (Римма КАЗАКОВА) Бесконечными веками — есть на то причина — разговаривал руками любящий мужчина. ___ Повстречался мне нежданно и лишил покоя. И что я ему желанна, показал рукою. Молча я взглянула страстно, слова не сказала и рукой, что я согласна, тут же показала. Образец любовной страсти нами был показан. Разговор влюбленным, к счастью, противопоказан. А потом горела лампа, молча мы курили, молча думали: «И ладно, и поговорили…» Так вот счастье и куется издавна, веками… Всем же только остается развести руками. Скрыть

Добавлено спустя 10 минут:

Только что вспоминали Александра Кушнера. И на его строки нашлось, что сказать Александру Иванову.

Делай как я

Скрытый текст: Показать Делай как я (Александр КУШНЕР) Когда, смахнув с плеча пиджак, — Ложишься навзничь на лужок, — Ты поступаешь, как Жан-Жак, Философ, дующий в рожок. ___ Когда пьешь кофе натощак И забываешь о еде, Ты поступаешь как Бальзак, Который Оноре и де. Когда в тебе бурлит сарказм И ты от гнева возбужден, Ты просто вылитый Эразм, Что в Роттердаме был рожден. Когда, освободясь от брюк. Ложишься навзничь на диван. То поступаешь ты, мой друг. Как мсье Пои де Мопассан. Когда ты вечером один И с чаем кушаешь безе, Ты Салтыков тире Щедрин И плюс Щедрин тире Бизе. Когда ж, допустим, твой стишок Изящной полон чепухи, То поступаешь ты, дружок, Как Кушнер, пишущий стихи. Скрыть